Одна история — она началась в мае 2008 года и продолжается до настоящего времени… Все описанное здесь основано на реальных событиях, а так как не все реальные события произошли, потому все продолжается до настоящего времени…
Все совпадения с реальными людьми и событиями — случайность.
Много времени прошло с того момента, когда он поставил последнюю точку в том злосчастном сообщении, которое переменило жизнь не только его самого, но и многих, кто его окружал… За окном пролетали одинокие снежинки, заблудившиеся в потоках ветра, свистящего через щели в раме вот уже второй день подряд, а он все смотрел и смотрел, следил за этими одиночками, пытающимися скрыться в толстых воротах случайных прохожих, которые по какому-то недоразумению спешили куда-то в этот день, день — последний для него, но он об этом еще не знал…
Было первое утро в его жизни, в его настоящей жизни! Еще несколько дней назад он был обычным студентом, заштатного института, о котором дальше его маленького городка никто и не слышал. Яркое солнце пробивалось сквозь тонкие щели плотно задернутых жалюзи в его комнате. До звонка будильника оставалось несколько минут, и он сладко потягивался в кровати, пихая мурчащего кота в его ногах. Это вчера его, затерявшегося на просторах огромной страны, никто и не знал, а сегодня — он дипломированный специалист, и именно сегодня начинается эта история…
***
Звон будильника заставил все же подняться с кровати, хотя мурчащее рыжее существо было категорически против этого действа. Заткнув будильник и потрепав кота, он протянулся к окну, отодвинув его любимые зеленые жалюзи, улыбнулся солнцу, глянул на одиноких прохожих, поеживающихся от утреннего холодка, и пошаркал в старых тапках на кухню, где любимый кот уже пел дифирамбы в предвкушении завтрака…
Сегодня он должен идти на собеседование по поводу его работы. Он еще не знает, что уже заочно принят на вакантную должность, а пока он с волнением заканчивает жевать утренний бутерброд, отдавая остатки сыра рыжему наглецу, стоящему на задних лапах около стола.
Теплая рубашка приятно согревала в это зябкое утро, когда он с большим трудом входил в переполненный автобус, который, дребезжа всеми своими частями, грузно отплыл от остановки, умело лавируя в потоке спешащих машин. Он ехал за своей мечтой, за тем, о чем он грезил еще с детства — ведь именно детские мечты порой ведут нас через всю жизнь, и, добившись одного мы превращаемся в маленьких детей, говоря волшебное «Хочу!» очередной бредовой мысли, которую во взрослом обществе называют жизненной целью, но это мы понимаем лишь спустя некоторое время. А сейчас, изнывая от жары, царившей в автобусе, уворачиваясь от беспощадного кондуктора, следующего по ногам несчастных людей, он мечтал, мечтал о своей работе, одновременно боясь, что его не возьмут…
***
Он стоял на входе в мечту, как он себе это и представлял, он стоял на пороге режимного объекта, который охраняла ни одна войсковая часть. Вот, сварливая бабуля в бюро пропусков все же нашла его фамилию в списках гостей, сверила его паспортные данные и выписала пропуск — заветную бумажку, которая может провести его туда, за толстый бетонный забор с колючей проволокой… и он там! Он был на седьмом небе от счастья. Потянув за массивную деревянную ручку старомодной двери он попал в административное здание лаборатории, аналогов которой не было ни в одной другой стране мира. Тут отовсюду веяло стариной, благородной стариной, он как бы попал в прошлое, в 70ое или 80ые годы — в коридорах были устелены красные дорожки, которые глушили шум шагов спешащих сотрудников, не обращавших на него ни малейшего внимания. Он поднялся по мраморной лестнице на второй этаж, свернул направо, как и инструктировала его бабушка из пропускного бюро, и оказался в очень уютном кабинете, светлом, просторном и чистом. В дальнем углу, перед большим окном сидел суховатого вида старичок, с залысиной, на что он предположил, что этот старичок давно трудится на благо сего секретного заведения. Старичок жестом пригласил его присесть, и протянул руку. Он пожал ее, восприняв это как приветствие, но старичок по-прежнему держал руку перед ним. И тут он догадался, что старичок требовал от него бумаги, которые были у него в руках. Профессор, а именно так гласила табличка на его столе, углубился в чтение характеристик, диплома, справок, ходатайств и пр. макулатуры, которую он принес с собой. Он подумал, что стоит рассказать немного о себе и начал говорить, говорил он взахлеб, он действительно жаждал получить эту работу, он действительно хотел ТУТ работать, но профессор не обратил ни малейшего внимания на него, а лишь вздохнув, посмотрел на него с укором, немного помедлил, и поставил штамп на пропуске, который вернул гостю и жестом указал на дверь.
Он ничего не понимал, он был на грани истерики, выходя из кабинета, он не знал что делать, как доказать профессору, что он достоин этого места… Лишь стук закрывшейся за ним двери заставил его вздрогнуть и посмотреть на пропуск, который кроме каракуль бабули из пропускного бюро, обзавелся зелененьким прямоугольным штампом, с один единственным словом, от которого ему хотелось прыгать до небес, стучаться головой об стену — «принят». Крылья счастья пронесли его обратно вниз по лесенке, он старался улыбнуться каждому, кто попадался ему на пути, и вот он уже на КПП, где его инструктируют о том, в какой кабинет сходить и что сделать, для получения постоянного пропуска. Он уже все знает о своей работе, он знает даже где его рабочее место, он знает, что вид из окна, которое прямо перед его рабочим столом, фантастический — вид на лес, которому без малого, пара сотен лет, вид на массивные сосны, которые защищают работников от беспощадно палящего солнца, то и дело, пытающегося подсмотреть за тем, что же твориться тут…
Нашего героя зовут Саша, точнее Александр Владимирович — именно так было написано на теплом пропуске, который он сжимал в своих руках. Конечно, это было не его имя, но кто в этом заведении работал под своим настоящим именем? Ему пришлось подписать огромную кипу бумаг, в результате которых он практически стал человеком не своей воли — человеком государства, которое брало на себя все обязательства его прежнего, а вот он настоящий должен был взамен трудиться на благо Отечества. Такая позиция абсолютно его устраивала, ведь в свои неполные 25 лет он был абсолютно одинок, если не считать рыжего, наглого существа, именуемого котом, проживающим с ним совместно.
В первый же рабочий день, Саша надеялся на кучу новых знакомств, на море впечатлений и на океан эмоций — но этого не случилось. Его кабинет, как впрочем и все остальные, был отдельным, «неживым» как он отметил про себя, но это был его личный кабинет. Пускай он с белыми безликими стенами, пускай стол прикручен к полу и на окнах решетки, да и само окно не открывается, но это его рабочее место, и здесь не принято было что-то менять.
Ему предстояло много трудится над тем заданием, которое лежало на одиноком белом столе. Саша не знал, кто его начальник, он не знал у кого спросить совета, но все же сама мысль, что исполнилась его детская мечта, подогревала его интерес к заданию. И вот уже вечер, а он и не заметил как пролетело время, он не заметил сколько он исписал бумаги за это время. Он бы не заметил ее, если бы она не чихнула — маленькая, хрупкая девушка, словно прозрачная, стояла, прижавшись к двери, с глазами полными ужаса. Только потом Саша узнает, чего она испугалась. А сейчас он улыбнулся, всю его усталость будто сняло рукой. Он заговорил с ней, но она лишь приложила палец к губам, а потом, еще раз подняв свои большие карие глаза, скрылась за дверью — лишь телефонный звонок оградил его от желания броситься за ней вслед. Холодный, металлический голос сообщил о том, что рабочий день окончен. Он аккуратно сложил в стопку исписанные бумаги, надел колпачок на ручку, положил ее поперек стопки и отправился домой, где его с нетерпением ждал кот, у которого никого, кроме Сашки и не было.
На следующий день Александр, к своему удивлению, не обнаружил своих вчерашних трудов, вместо них лежал листок со следующим заданием, которое от части уже было выполнено. Сашка начал потихоньку догадываться, что он — это звено огромной цепи, цепи тех ученых, которые и составляли научный потенциал его страны, страны, которая много у него забрала, страны, которая его воспитала, страны, на которую он теперь работает. Но сегодня Александр Владимирович, был менее сосредоточен на своей работе, он все ждал, когда появится та девушка. Но все же наука взяла свое, и он углубился в расчеты и лишь телефонный звонок, с металлическим голосом в трубке, извещающем об окончании рабочего дня, заставил его оторваться от листа бумаги. Он как и вчера, сложил все аккуратной стопочкой, положил сверху ручку и отправился домой.
Так потянулась вереница трудовых будней, у него не было выходных, он работал каждый день, с утра и до вечера, и лишь по понедельникам, металлический голос из телефонной трубки раздавался на 2 часа раньше обычного.
Вот он, долгожданный день заработной платы, сегодня ему выдали его первые, заработанные собственным трудом и образованием, деньги. Сумма его приятно удивила, в белом конверте, лежащем на столе было гораздо больше купюр, чем он рассчитывал.
Кроме купюр нашлись в конверте и несколько листочков с различным содержанием. Один из них гласил, что за заработную плату необходимо расписаться и оставить листок на столе, другой — благодарность за высокое качество его работы, а третий — приказ о повышении. Теперь он не просто научный сотрудник, а руководитель проекта, правда в приказе не сказано было какого именно. А еще в конверте лежала смарт-карта, похожая на ту, по которой он проходил каждый день на работу, она была другого цвета, и к ней прилагалась инструкция о том, что каждый понедельник ему надлежало посещать закрытые совещания в административном здании. Сегодня именно понедельник, и опять звонок телефона, но вместо привычного сообщения металлического голоса об окончании рабочего дня, он услышал приглашение в аудиторию 2009 административного корпуса. «Совещание начнется через 10 минут» — заверил его неизвестный голос на другом конце телефона. Через несколько мгновений, Александр Владимирович входил в названную аудиторию, где уже собрались человек 5…
Он только было хотел познакомиться с присутствующими, но тут хлопнула дверь и в комнату, бодрым шагом вошел тот самый, суховатого вида, с залысиной, старичок. Он шел быстро, целеустремленно — вот он во главе стола. Профессор Жижин, как он представился, начал с того, что все присутствующие здесь — новички. Нет, это не значит, что они все отработали лишь месяц — нет, просто все здесь присутствующие — вновь повышенные в должности, просто Александр — самый юный из присутствующих.
Все обсуждение свелось к тому, что Жижин рассказывал новобранцам о том, что здесь происходит: а это было очень увлекательно и интересно. Оказывается все работники разделены на 13 категорий — в зависимости от своей значимости, но существует еще одна, категория, условно названная черной (потому что карточки черного цвета) — это те, кто должны быть незаметными для работников — уборщики, электрики, водопроводчики и еще ряд людей, призванных оградить ученых от мирских бед: будь то перегоревшая лампа, или вчерашний мусор. Именно они — люди с черными пропусками, заходят в кабинеты после того, как из них выходят работники. «И если кого из „черных“ Вы заметите — сразу же поднимите телефонную трубку и сообщите об этом оператору» — продолжил свой монолог профессор — «Эти люди будут тот час уволены, так как Ваши рабочие места, вы сами — являетесь частью государственной тайны, которую „черным“ не нужно знать». Его поразила та ненависть в голосе, с которой Жижин выделял слово «черные». Тогда еще он не знал, что именно из-за «черных» Жижин до сих пор сидит в заместителях, а не возглавляет это учреждение.
На этом рассказ Жижина резко оборвался, он захлопнул принесенную с собой папку, кинул дежурное «До следующего понедельника» и удалился из аудитории таким же бодрым шагом, каким и вошел полчаса назад.
Именно сейчас Александру представилась возможность познакомиться с коллегами, чем он и не преминул воспользоваться. Из аудитории они уже выходили все вместе, непринужденно болтая о мирских заботах.
Большой, рыжий кот наглым образом взгромоздился на грудь Александра, вытянув лапу и положив на лицо хозяина, мурчал в свое удовольствие. Сегодня воскресенье, его законный выходной. С тех пор, как его повысили в должности, у него появились выходные, правда сам Сашка этому был не рад. Он не знал, куда себя деть в эти дни. В прошлом — он углублялся в учебу, сидел до последнего в библиотеке, а теперь он работает там, куда по выходным не пустят даже доделать недоделанное. Он по прежнему одинок, единственное живое существо, которое ему радо — это тот, кто развалился сейчас на нем и мирно дремлет. Даже тараканы убежали от Александра еще на втором курсе института, тогда-то и появился этот кот, который умещался на одной ладошке.
Не смотря на все попытки кота остаться в прежнем положении, Александр все же передвинул сей филиал недвижимости и встал, привычно глянул в окно, надел старенькие тапочки и пошел на кухню.
Сварив кофе себе и коту он позавтракал, выпил кофе за себя и за кота и переместился за компьютер, где он продолжал заниматься своей работой. Теперь, когда прошло уже полгода с того раза, когда таким же утром он впервые ехал на работу, и если тогда он мог сказать, что мечтает об этом, то сейчас он сам не знал, нравится ли ему такая работа, где все люди поделены по цветам и цифрам, он даже пытался шутить на совещаниях по поводу того, что в коридоры стоит нанести разметку, что бы разные люди пользовались разными сторонами этих коридоров — коллеги не особо радовались этим шуткам, но хоть что-то разряжало обстановку, которая в последнее время все накалялась.
Как им было известно, их предприятие получило огромный заказ на производство вакцины от неизвестной доселе болезни, и все ученые были заняты поиском этого самого лекарства.
Вот и еще один день прошел, отметил про себя Александр, укладываясь спать — завтра на работу.
Автобус привычно встретил Александра вываливающимися филейными частями висящих пассажиров. Он даже не пытался залезть — бойкая бабуля позади, с криком «Милок, ну чего ж ты копаешься, давай помогу!» просто внесла его как таран в автобус. И вот он, помятый и вспотевший стоит у ворот КПП, привычно приложил пропуск к считывателю и прошел на территорию. Эта осень была необыкновенной: пожелтевшие березы все еще крепко держали свои листья, подсвечиваемые восходящим солнцем — это завораживающие зрелище. Привычным пинком он открыл дверь шестого лабораторного корпуса и серые кишки коридоров поглотили его в полумраке здания. Кабинет привычно блистал своей чистотой, и Александр погрузился в увлекательный мир цифр и формул, которые должны спасти человека от надвигающихся болезней очередного века.
Сегодня был понедельник, а значит скоро раздастся телефонный звонок и металлический голос пригласит его на совещание — так и случилось.
Сегодня Жижин наконец-то закончил рассказывать о порядках в этом заведении и перешел-таки к раздаче заданий на ближайшую неделю, но кроме заданий Жижин распределял студентов на практику. Да-да, казалось бы, в этом режимном заведении, куда простому человеку очень сложно попасть, проходят практику студенты из соседнего городка, где есть медицинский институт, да не простой, а военный, — «вот их и прислали к нам, на практику, но учтите, что кроме практики они ничего не должны отсюда вынести» — закончил свое выступление Жижин.
Александру достался молодой паренек, рыжеватой внешности, с «летящей» челкой и удивительно живыми глазами. Звали этого мученика Сергеем и он, вместе с сокурсниками томился в недрах КПП, куда вся дружная компания молодых ученых и направилась сразу, после того, как Жижин удалился.
Они напоминали запуганных маленьких щенков, которые не знали куда приткнуться, они с завистью смотрели на голубые халаты своих наставников и внимали каждому их слову, не разбирая где над ними шутят, а где говорят всерьез.
Глядя на Сергея Александр думал, как себя с ним вести: “Быть добрым товарищем или надменным куратором? Поддержать или унизить?” — все эти мысли вихрем пронеслись в его голове, пока они со студентом спускались по главной лестнице и выходили за территорию предприятия. Так ничего окончательно и не определив для себя он предложил Сергею дойти до ближайшего кафе, тем более там варят замечательный кофе — что и послужило весомым и убедительным аргументом, и через несколько минут ребята уже сидели за столиком на котором стоял свежеприготовленный кофе а они молча смотрели на него:
— Чего ты ждешь от практики? — спросил Саша, без всяких подводок и долгих объяснений.
— Как чего, знаний! — ответил Сергей — а зачем еще приходят на практику по-вашему?.
Это “по-вашему” резануло слух, но с другой стороны — Сашку многие называли на Вы, но вот это “по-вашему” как-то звучало иначе… оно звучало искренне, не по-дежурному, как преподаватели в ВУЗе обращаются к студентам, а искренне…
— А каких знаний ты ждешь, чему именно ты хочешь научиться? — спросил его Александр, сам понимая что он вообще понятия не имеет что сделать со студентом, чему, а уж тем более — как, его учить он не имел ни малейшего понятия, однако, падать лицом в грязь он не был намерен.
— Ну мне интересна наука, мне интересно делать то, что может помочь людям — я хочу помогать людям! — с какой-то искренней упертостью сказал Сергей, отхлебывая остывающий кофе.
Александр все сидел, прихлебывая кофе, и думал, насколько искренне говорит этот малознакомый ему паренек, насколько он верит в то что говорит и не разочарует ли его эта самая наука, но вслух сказал:
— Помогать людям — это нормально, потому что мы — люди — слышал о таком?
— Конечно слышал, это девиз то ли скорой, то ли спасателей — в общем кого-то из них… — небрежно ответил студент, чем немало задел Александра
— На самом деле это лозунг спасателей, людей которые своей работой, порой, предотвращают большое людское горе — они помогают людям, ты того же хочешь?
— Нет, я хочу чего-нить поспокойнее, без ответственности — как-то капризно ответил Сергей, — я не хочу что б на меня глазели как на клоуна в цирке, совершающего опасные маневры, но при этом я хочу что б люди знали кто для них это сделал, — закончил он свою фразу.
— То есть ты хочешь сказать, что ты хочешь популярности, но популярности в одностороннем порядке — пусть о тебе знают а ты о них нет?
— А разве это плохо?
— А разве хорошо! Ты хочешь, по сути, менять что-то в жизни людей, но при этом ты не хочешь, нет, ты боишься ответственности перед другими, и не юридической а моральной — простой, человеческой ответственности, — не знал Александр тогда, что попал в саму точку, в самое сердце того, чего та боялся Сергей…
Сергей рос обычным юношей, ничем особо не выделяясь: шкодил в школе, в меру прогуливал уроки, доставал учителей и был если не душой своего класса, то его необходимой, практически незаменимой частью.
Сергей был третьим, младшим, ребенком в семье, у него была старшая сестра и старший брат, которые по-своему любили его, но как и всегда бывает в таких семьях — младший был искренне уверен что все наоборот. Мама работал в той же школе, в которой он учился, чем, по мнению сына, изрядно портила его репутацию, а отец трудился на небольшом собственном заводе, по производству чего-то там. Сергея особо и не интересовало чего отец производит на своем заводе.
Сергей был достаточно любопытным ребенком, потому он был постоянным участникам всевозможных мероприятий, особенно если речь шла о том что это вместо школы, как впрочем, и большинство школяров желающих по уважительной причине пропустить школу.
Была весна, поздняя весна, так что на улице было уже тепло и все ходили без теплых курток, хотя ночью было прохладно. Сергей отправился на областное мероприятие организованной подругой его матери. Мероприятие было областного масштаба, потому проходило несколько дней, да еще и за городом, да еще и вместо уроков — это было идеальное, на взгляде Сережи, мероприятие. А если учесть, что кроме банального поболтаться на этом мероприятии ему отвели роль ответственно за работу всей аппаратуры для дискотеки, что само собой подразумевает проведение дискотеки — просто железобетонный аргумент в пользу того что бы туда поехать.
Вот он и еще несколько ребят, гордо именуемые волонтерами, грузят аппаратуру в машину, пока все участники мероприятий слушают напутственные речи организаторов, все вместе усаживаются в автобусы и, под музыку сирен и крякалок ГАИ, отправляются за город в один из многочисленных детских лагерей, который на несколько дней станет местом некоего действа.
Всех участников разместили в большом двухэтажном корпусе, а все организаторы, к коим теперь относился и Сергей отправились размещаться в небольшое, отдельно стоящее здание, в котором было несколько комнат и очень уютная гостиная с камином, шкурой медведя на стене и развешенными муляжами оружия — такая оружейная комната — с мягкими диванами, теплым ковром и каким-то дурманящим ощущением уюта и спокойствия.
Сергея поселили в четырехместную комнату с еще одним, таким же как и он, по статусу, школьником, приехавшим для оттачивания собственного журналистского мастерства, заодно отвечающим за культурно-досугово-массовые составляющие мероприятия.
Первый день прошел в суматохе организационных дел, пока Сергей настраивал всю аппаратуру для дискотеки в зале — остальные были заняты на каких-то мероприятиях, в каких-то играх, в общем были заняты. Сереже удалось спаять схему и присоединить привезенную аппаратуру к той, что была в лагере и он очень этим был доволен, ощущая себя властелином звука, представляя как он будет в центре внимания на дискотеках… Вечер прошел великолепно, он блистал за пультом, обзавелся новыми поклонниками и поклонница и довольный собой отправился спать.
Еще днем, внимание Сергея, привлек юноша в форме, который непонятно откуда появился и непонятно чем занимался на этом мероприятии, но производил впечатление острой необходимости в нем, к нему постоянно обращались организаторы и они по-долу разговаривали со Светланой — организатором мероприятия, подругой матери Сергея.
К своим 16ти годам Сергей имел неважное зрение, потому приходилось носить очки, но их не не любил, потому ходил в линзах. Зайдя в свою комнату, закрыв дверь, не включая свет дабы не разбудить своего тезку, он хотел было нащупать тумбочку между кроватями на которыми предусмотрительно оставил все необходимо для контактных линз, для этого он решил пролезть через кровать, отделявшую тумбочку от двери в которой он стоял, она же все равно была ничья, т.к. их в комнате должно было быть всего лишь двое. Встав на колени на кровать он понял что пустой она не была… Рысью сорвавшись в коридор в испуге, открыв дверь и впуская луч света из коридора в комнату, Сергей посмотрел на кровать и понял что на ней спит тот самый человек в форме, которого он сегодня видел…
Мысли летали в его голове со сверхзвуковой скоростью, пока он сидел в оружейной и снимал линзы. Он перебирал все варианты того как его действия с залезанием в чужую кровать могли быть воспринятыми, а вдруг Сережка это увидел, а вдруг этот в форме чего не то подумает. К своему возрасту Сергей был наслышан об армии, о том что и как там делается с такими, кто залезает в кровать по ночам… Мысли Сергея рисовали картинки одна страшнее другой… “И если б это было днем, то все можно было свести к шутке… да это вообще бы днем и произойти-то не могло” — рассуждал Сергей… в скверном настроении и страхе того что будет утром он заснул в мягком кресле в оружейной…
— Привет, соня! — Сергея кто-то тряс за плечо, — просыпайся, на завтрак пора, — не унимался этот кто-то…
Сергей разлепил глаза и, на него улыбаясь смотрел тот самый, в форме… Ночные события и мысли вихрем пронеслись в его голове, от этого он аж дернулся в креселе
— Э, ты чего так испугался-то? — спросил незнакомец в форме.
— Да не, все нормально, — чуть дрожащим голосом отвечал Сергей, пытаясь понять что будет дальше.
— Марш умываться и на завтрак. А ты чего тут спишь, до комнаты не дошел что ли? — вновь спросил незнакомец
Сергей не мог понять правда ли незнакомец не помнит что было ночью. Потому Сергей решил “косить под дурачка” и сказав что-но невнятное в ответ убежал в комнату, где взяв с той злосчастной тумбочки полотенце, щетку и зубную пасту пошел умываться.
Непонятные мысли носились у него в голове, пока он полировал свои зубы до зеркального блеска, на чем поймал себя, отмахнувшись от мельтешащих мыслей. “А вдруг это я себе все напридумывал?” — пронеслась разумная мысль в его голове и скрылась в толпе бреда…
Остальные дни мероприятия прошли достаточно спокойно не считая того, что Сергей больше не видел этого человека в форме, а спросить о нем у Светланы — он постеснялся. Он каждый вечер зажигал на дискотеке и с замирающим сердцем открывал дверь комнаты, пропуская луч света вперед себя… вдруг там кто-то есть, но оставшиеся две кровати пустовали до самого окончания мероприятия. Своего тезку Сергей почти не видел, они приходили в разное время. Пока наш Сергей отсыпался — тезка в ночь писал и рисовал стенгазеты и плакаты для следующего дня, приходя в комнату под утро, когда Сергей спешил из душа в радиоузел поднимать лагерь на зарядку… Так все и закончилось, но мысль о том человеке в форме не давала покоя…
— Вроде бы все как всегда, все нормально, он уехал, и никому ничего не скажет… да и не помнит он, скорее всего ничего, — размышлял Сергей. Он не мог понять почему эта ситуация не выходит у него из головы…
Прошло время, однажды, когда Сергей забежал в гости на работу к подруге матери что-то передать — он опять увидел того самого незнакомца в форме — события того ночного приключения моментально всплыли у него в голове, он даже покраснел…
— О, старые знакомые, привет! — широко улыбаясь проговорил незнакомец, протягивая руку.
— Привет — робко ответил Сережа и пожал руку.
Это незначительное, на первый взгляд, событие во многом предопределило дальнейшую судьбу Сергея. Они познакомились, его звали Максим, он работал врачом в одной из больниц города. Почти каждый день они созванивались или переписывались в интернете. Подходил к концу учебный год и Сергей сдавал выпускные экзамены. Максим стал иногда бывать дома у Сергея, познакомился и подружился с родителями. Сергей все чаще после школы бежал к нему то домой, то на работе — он не хотел видеть своего отца, который каждый раз, как только выпьет немного, начинал учить жизни младшего сына и не только словами, а выпивал отец каждый вечер, возвращаясь с работы. Даже мать поддерживала Сергея в том что бы они меньше пересекались по вечерам с отцом.
Сергей и Максим, не смотря на разницу в возрасте стали настоящими друзьями. Максим стал для Сергея не просто старшим товарищем… он стал тем, с кем Сережа мог обсудить абсолютно любые вопросы, начиная от своей учебы заканчивая своими личными взаимоотношениями с девушками.
Во время экзаменов Сергей твердо решил идти в медицинский, учиться на врача, как и Максим, чем сильно удивил всех вокруг, а особенно родителей, которые не стали препятствовать младшему сыну в его стремлении к знаниям.
Сергей поступил в медицинский, не легко далось ему это поступление, но Максим во всем старался ему помочь, подтянуть в знаниях и даже однажды договорился с преподавателем из приемной комиссии что бы Сергею поставили отметку без сдачи экзамена вообще.
Потекла его новая студенческая жизнь, лекции, семинары, домашнее задание и к Максу на работу — график жизни Сергея выстроился очень четко, точно… в нем не было свободного времени для шатания без дела. Глядя на то, с каким рвением Сергей взялся за учебу, как горят его глаза, Максим пристроил его стажером на подстанцию скорой помощи — Сережка был просто счастлив. и пусть ему не доверяли самостоятельно работать на вызове — он стал одним из лучших стажеров на подстанции. Именно потому, к третьему курсу университета его приняли в штат подстанции на должность фельдшера. Теперь Сергей приезжал к Максиму не просто в гости, но и по работе, когда пациента нужно было привезти именно в то отделение, где и работал Максим. Сергею казалась, что жизнь налаживается…
Шел крайний час 36-ти часовой смены Сергея. Смена выдалась тяжелой, много вызовов, беготня… Диспетчер вручает вызов к девушке 23-х лет с неуточненным диагнозом. Привычно выругавшись на некомпетентность фельдшеров принимающих вызов, он запрыгнул в машину скорой и они с водителем поехали на вызов… не знал Сергей, что именно этот вызов станет для него последним вызовом на который ему хотелось ехать… потому весело болтал с водителем, травил анекдоты пока они петляли по микрорайону в поисках нужного адреса. Подъехав к нужному подъезду, Сергей поправил форму, пригладил растрепавшиеся волосы и подхватив укладку бодрым шагом пошел по направлению к нужной квартире… на улице было тихо, раннее утро, когда город только-только начинает просыпаться, проглядывают на небосклоне первые робкие лучи солнца… город еще спит, а он, молодой и красивый фельдшер скорой помощи, с гордо поднятой головой шагал широкими шагами по лестнице, поднимаясь на нужный этаж…
Слишком много различных симптомов пациентки не давали Сергею уверенности в постановке диагноза, поэтому он принял решение госпитализировать девушку, тем более что сегодня в приемном дежурил Максим, который всегда поможет ему разобраться и поставить точный диагноз. Знал Сергей, что не стоило смазывать картину заболевания анальгетиками, но поддавшись уговорам родственников и из жалости к страданиям пациентки он набрал обезболивающий коктейль в шприц и поставил укол, после которого девушке стало гораздо легче и он вместе с родственниками погрузил пациентку в машину скорой помощи, закрыл дверь газели, запрыгнул на свое место и поехал, непринужденно болтая с девушкой в больницу.
До больницы девушка не дожила…
Сергей побелевший вбежал в приемный покой и бросился на Максима, рыдая в голос — он ничего не мог сказать, его трясло, бросало в жар… уже в машине он обнаружил что в ту смесь, вколотую девушке, он по ошибке взял не тот препарат… тот, который был несовместим с остальными… но было поздно…
Максим ничего не мог понять, что произошло, он даже ничего не мог предположить хоть как-то близкое к истине произошедшего…
Потом была милиция, отстранение от работы до выяснения… Сергей сидел дома, никуда не выходил, ни с кем не разговаривал… отказывался есть… и только, когда приходил Максим Сережа соглашался что-то съесть… Максим старался больше времени проводить рядом с Сергеем, поддержать его… он даже не догадывался о том, что Сергей знал причину произошедшего. Друзья помогли Максиму понять что произошло, помогли сделать документы, по которым Сергей оставался невиновен, что это была индивидуальная непереносимость препаратов организмом девушки…
Да, это был чистой воды обман, Максим не приемлил обмана ни в каком виде, но в этой ситуации он опирался на здравый смысл, подсказывающий что девушку уже не вернуть, а парню портить жизнь сроком был бессмысленно… Максим был искренне уверен, что Сергей даже не знает в чем он ошибся, потому он и ему правды не сказал, показав заключение судмедэксперта, оправдывающее его, выдав его за истинное заключение…
Сергея признали не виновным, допустили к работе… но что-то в его голове изменилось, он больше не рвался на работу, не проявлял инициативы… работал на автомате. Коллеги, жалея парня, старались ему помочь, диспетчера выдавали ему самые простые случаи…
Спустя несколько месяцев после этой истории он. найдя патологоанатома, писавшего заключение, он узнал правду, он узнал что Максим ходил, унижался и просил за него… он не понимал зачем, почему Макс заставил стольких людей говорить не правду… В тот же день он написал заявление в милицию о том, что Максим подделал документы по тому случаю…
Были суды, разбирательства… Максим не мог понять почему Сергей так поступил, он даже не мог с ним поговорить на эту тему — тот либо убегал, либо просто молчал в ответ…
Врачи — это своя мафия, в которой есть иерархия и настоящая дружба, долги и предательства и все это так или иначе связано с медициной. Но вот что неукоснительно в этой мафии — круговая порука. Никто из коллег не будет свидетельствовать против своего же. Да, при личном разговоре коллега может осудить и даже дать в морду, но это внутри, между собой, а для остальных он будет держать оборону до последнего, что бы ни случилось.
Суд оправдал Максима, не найдя состава преступления в его действиях, Сергей не смог доказать факт подделки документов. После оглашения приговора прокурор публично обратился к Максиму с вопросом не хочет ли тот подать встречный иск к Сергею за клевету — Максим отказался…
От Сергея отвернулись коллеги, его больше не встречали с улыбками на лицах даже водители скорой помощи…
После всего этого у Максима случился инсульт и его привезли в больницу… так случилось что Сергей, только что сдав пациента в неврологическое отделение, еще стоял у приемного покоя и курил, когда подъехал реанимобиль из которого на каталке вывезли Максима… их взгляды встретились… Максим сказал лишь одну фразу, шепотом, но Сергей отчетливо услышал все: “Не кури — вредно”, после чего потерял сознание. Ночью Максим скончался, так и не приходя в себя… казалось что все врачи этого небольшого по меркам вселенной города были на похоронах… все, кроме Сергея, он так и не мог простить Максиму тот обман, то, что Макс заставил Сергея поверить в собственную невиновность…
Из университета ему пришлось уйти, слишком хорошо преподаватели знали случившуюся ситуацию… потому Сергею пришлось перевестись в другой город в Военно-Медицинскую академию, где его никто не знал, равно как не знал и о событиях с ним произошедших, где на 4м курсе его отправили на практику на закрытое предприятие…
Очень интересно и грамотно написанно!